Настройки поиска (Страница 252 из 609)

Добавлю немного про души предметов. 
В разных местностях на это смотрели (и смотрят   ) по-разному. Где-то считается что предмет тоже должен умереть/быть убитым (сломанным). И поэтому его ломали. Разбивали посуду, переламывали лук и стрелы, ломали оружие и инвентарь. В наше время мне встречались люди, которые оставляют на могиле переломленную сигарету, чтоб усопший мог её покурить. Так же ломают конфеты и печенье, хлеб... .  Это я видела сама.
В других местах предметы не портят, помещают в могилу такие как они есть. И на поминках кладут всё целое, не переламывают. 
Не могу сказать, как тут более правильно. 

На предмет вампиризма я не смотрела. Мне она показалась пустой на данный момент. Поэтому и глянула владельца.

     Мне не раз говорили, что они делают со своими главарями[21] при [их] смерти дела, из которых самое меньшее — сожжение, так что мне все время очень хотелось познакомиться с этим, пока не дошла до меня [весть] о смерти одного выдающегося мужа из их числа. Итак, они положили его в его могиле и покрыли ее над ним настилом на десять дней, пока не закончат кройки его одежд и их сшивания. 
      А именно: если это бедный человек из их числа, то делают маленький корабль[22], кладут его в него и сжигают его [корабль]. Что же касается богатого, то собирают то, что у него имеется, и делят это на три трети, причем одна [треть] — для его семьи[23], [одна] треть на то, чтобы скроить для него одежды, и [одна] треть, чтобы на нее приготовить набиз, который они пьют до дня, когда его девушка убьет сама себя[24] и будет сожжена вместе со своим господином. Они, злоупотребляя набизом, пьют его ночью и днем, [так что] иной из них умрет, держа кубок в руке. 
      Они в те десять дней пьют и сочетаются [с женщинами] и играют на сазе. А та девушка, которая сожжет сама себя с ним, в эти десять дней пьет и веселится, украшает свою голову и саму себя разного рода украшениями и платьями и, так нарядившись, отдается людям. 
      Если умрет главарь[25], то его семья[26] скажет его девушкам и его отрокам[27]: "Кто из вас умрет вместе с ним?" Говорит кто-либо из них: "Я". И если он сказал это, то [это] уже обязательно, — ему уже нельзя обратиться вспять. И если бы он захотел этого, то этого не допустили бы. Большинство из тех, кто это делает, — девушки. И вот когда умер тот муж, о котором я упомянул раньше, то сказали его девушкам: "Кто умрет вместе с ним?" И сказала одна из них: "Я". Итак, ее поручили двум девушкам, чтобы они охраняли ее и были бы с нею, куда бы она ни пошла, настолько, что иногда [даже] мыли ей ноги своими руками. И они [родственники] принялись за его дело, — за кройку для него одежд и устройство того, что ему нужно. А девушка каждый день пила и пела, веселясь, радуясь будущему. 
      Когда же наступил день, в который должны были сжечь его и девушку, я прибыл к реке, на которой [находился] его корабль, — вот он уже вытащен [на берег] и для него поставлены четыре устоя[28] из дерева хаданга[29] и из другого дерева [халанджа], и вокруг них поставлено также нечто вроде больших помостов из дерева. Потом [корабль] был протащен, пока не был помещен на это деревянное сооружение. И они стали его охранять, ходить взад и вперед и говорить речью[30], для меня непонятной. А он [умерший] был еще в своей могиле, [так как] они [еще] не вынимали его. 
      В середину этого корабля они ставят шалаш из дерева и покрывают этот шалаш разного рода "кумачами"[31]. Потом они принесли скамью, поместили ее на корабле, покрыли ее стегаными матрацами и византийской парчой, и подушки — византийская парча. И пришла женщина старуха, которую называют ангел смерти[32], и разостлала на скамье упомянутые нами выше постилки. Это она руководит его обшиванием и его устройством, и она [же] убивает девушек. И я увидел, что она старуха-богатырка, здоровенная, мрачная. 
      Когда же они прибыли к его могиле, они удалили землю с дерева [настила], удалили дерево и извлекли его в покрывале, в котором он умер. И я увидел, что он уже почернел от холода этой страны. Еще прежде они поместили с ним в могиле набиз, [какой-то] плод и лютню. Теперь они вынули все это. И вот он не завонял, и в нем ничего не изменилось, кроме его цвета. Тогда они надели на него шаровары[33], гетры, сапоги, куртку, парчовый хафтан с пуговицами из золота, надели ему на голову шапку из парчи, соболью, и понесли его, пока не внесли его в находившийся на корабле шалаш, посадили его на стеганый матрац, подперли его подушками и принесли набиз, плод, разного рода цветы и ароматические растения и положили это вместе с ним. И принесли хлеба, мяса и луку и оставили это перед ним. И принесли собаку, рассекли ее пополам и бросили ее в корабль. Потом принесли все его оружие и положили его рядом с ним. Потом взяли двух лошадей и гоняли их до тех пор, пока они не вспотели. Потом рассекли их мечами и бросили их мясо в корабле. Потом привели двух коров, также рассекли их и бросили их в нем. Потом доставили петуха и курицу, убили их и оставили в нем[34]. 
      Собирается много мужчин и женщин, играют на сазах и каждый из родственников умершего ставит шачаш поодаль от его шалаша. А девушка, которая хотела быть убитой, разукрасившись, отправляется к шалашам родственников умершего, ходя туда и сюда, входит в каждый из шалашей, причем с ней сочетается хозяин шалаша и говорит ей громким голосом: "Скажи своему господину: "Право же, я совершил это из любви и дружбы к тебе"[35]". И таким же образом, по мере того как она проходит до конца [все] шалаши, также [все] остальные с ней сочетаются. 
      Когда же они с этим делом покончат, то, разделив пополам собаку, бросают ее внутрь корабля, а также отрезав голову петуху, бросают [его и его голову] справа и слева от корабля.
      Когда же пришло время спуска солнца[36], в пятницу, привели девушку к чему-то, сделанному ими еще раньше наподобие обвязки ворот. Она поставила свои ноги на ладони мужей, поднялась над этой обвязкой [смотря поверх нее вниз], и произнесла какие-то слова на своем языке, после чего ее спустили. Потом подняли ее во второй раз, причем она совершила подобное же действие, [как] и в первый раз. Потом ее опустили и подняли в третий раз, причем она совершила то же свое действие, что и в первые два раза. Потом ей подали курицу, — она отрезала ей голову и швырнула ее [голову]. Они [же] взяли эту курицу и бросили ее в корабль. Итак, я спросил переводчика о ее действиях, а он сказал: "Она сказала в первый раз, когда ее подняли: "Вот я вижу своего отца и свою мать", — и сказала во второй раз: "Вот все мои умершие родственники[37], сидящие", — и сказала в третий раз: "Вот я вижу своего господина, сидящим в саду, а сад красив, зелен, и с ним мужи и отроки, и вот он зовет меня, — так ведите же меня к нему". 
      Итак, они прошли с ней в направлении к кораблю. И она сняла два браслета, бывшие при ней, и отдала их оба той женщине-старухе, называемой ангел смерти, которая ее убьет. И она сняла два бывших на ней ножных кольца и дала их оба тем двум девушкам, которые [все время] служили ей, а они обе — дочери женщины, известной под названием ангел смерти. 
      После этого та группа [людей], которые перед тем уже сочетались с девушкой, делают свои руки устланной дорогой для девушки, чтобы девушка, поставив ноги на ладони их рук, прошла на корабль[38]. Но они [еще] не ввели ее в шалаш. Пришли мужи, [неся] с собою щиты и палки, ей подали кубком набиз. Она же запела над ним и выпила его. И сказал мне переводчик, что она этим прощается со своими подругами[39]. Потом ей был подан другой кубок, она же взяла его и долго тянула песню, в то время как старуха торопила ее выпить его и войти в палатку, в которой [находился] ее господин. 
      И я увидел, что она растерялась, захотела войти в шалаш, но всунула свою голову между ним и кораблем. Тогда старуха схватила ее голову и всунула ее [голову] в шалаш и вошла вместе с ней, а мужи начали ударять палками по щитам, чтобы не был слышен звук ее крика, вследствие чего обеспокоились бы другие девушки и перестали бы стремиться к смерти вместе со своими господами[40]. Затем вошли в шалаш шесть мужей из [числа] родственников ее мужа и все [до одного] сочетались с девушкой в присутствии умершего. Затем, как только они покончили с осуществлением [своих] прав любви, уложили ее рядом с ее господином. Двое схватили обе ее ноги, двое обе ее руки, пришча старуха, называемая ангел смерти, наложила ей на шею веревку с расходящимися концами и дала ее двум [мужам], чтобы они ее тянули, и приступила [к делу], имея [в руке] огромный кинжал с широким лезвием. Итак, она начала втыкать его между ее ребрами и вынимать его, в то время как оба мужа душили ее веревкой, пока она не умерла. 
      Потом явился ближайший родственник умершего, взял палку и зажег ее у огня. Потом он пошел, пятясь задом, — затылком к кораблю, а лицом к людям, [держа] зажженную палку в одной руке, а другую свою руку на заднем проходе, будучи голым, — чтобы зажечь сложенное дерево, [бывшее] под кораблем. Потом явились люди с деревом [для растопки] и дровами. У каждого из них была палка, конец которой он зажег. Затем [он] бросает ее в это [сложенное под кораблем] дерево. И берется огонь за дрова, потом за корабль, потом за шалаш, и мужа, и девушку, и [за] все, что в нем [находится]. Потом подул ветер, большой, ужасающий, и усилилось пламя огня и разгорелось его пылание. Был рядом со мной некий муж из русов. И вот я услышал, что он разговаривает с бывшим со мной переводчиком. Я спросил его о том, что он ему сказал. Он сказал: "Право же, он говорит: "Вы, арабы, глупы"". Я же спросил его об этом. Он сказал: "Действительно, вы берете самого любимого вами из людей и самого уважаемого вами и оставляете его в прахе, и едят его насекомые и черви, а мы сжигаем его в мгновение ока, так что он немедленно и тотчас входит в рай[41]". Потом он засмеялся чрезмерным смехом. Я же спросил об этом, а он сказал: "По любви господа его к нему, [вот] он послал ветер, так что он [ветер] возьмет его в течение часа[42]". И в самом деле, не прошло и часа, как корабль, и дрова, и девушка, и господин превратились в золу, потом в [мельчайший] пепел. 
      Потом они соорудили на месте этого корабля, который они [когда-то] вытащили из реки, нечто вроде круглого холма и водрузили в середине его большое бревно хаданга[43], написали на нем имя [этого] мужа и царя русов и удалились. 

Продолжаем разговор.  Цитирую:
 

Тут интересно. Это моё субъективное восприятие, или подобный заговор и в самом деле может нести вред ребёнку? 

Но, наверно, каждый кто с заговорами работает может интуитивно понять какие слова нужны.
Однажды в каком-то дамском журнале прочла совет как заставить мужа заботиться о детях. Материально, там имелось в виду.   
Заговор был предложен, типа: "Пусть имярек приносит детям то-то и то-то..." и в частности "подуху под ухо". Меня просто передёрнуло от этого двойного "Ха". Почему-то сразу поняла что эти слова могут спровоцировать болезнь ребёнка.

Кикимора
Домашний дух в образе старушки или женщины (реже девочки). В разных местностях кикимору описывают по-разному. Это может быть маленькая худенькая старушка в лохмотьях, "сама с соломинку, голова с напёрсток", "боится из избы выйти, чтоб ветром не унесло" или "баба как все", "девушка простоволосая", "девочка озорная".
На рисунке И.Я. Билибина кикимора изображена недостоверно. Во всяком случае, мне таких описаний встречать не доводилось.

Кикимора может родиться от связи женщины с огненным змеем. Кикимору может насадить колдун или другой умелец. В этом случае делается небольшая куколка, которая служит материальным носителем для неупокоенного духа убитого или умершего в младенчестве ребёнка или ребёнка проклятого родителями. Куколку помещают в доме и кикимора начинает проявлять себя. Особенно хорошо это удаётся в домах где умерших детей хоронили в подполе. Но ничто не мешает умелому колдуну насадить кикимору и в совершенно новом доме.  В последнее время, то что раньше называли проделками кикиморы, называют модным словечком полтергейст. Невидимая окружающим кикимора швыряет горшки из печи, бьёт посуду, разбрасывает одежду, дрова, разную утварь, ощипывает кур и загоняет лошадей, ездя на них по кругу. Очень любит прясть, но пряжа почему-то выходит плохо, путается, рвётся. Принято считать что это кикимора так вредит хозяевам. Но, можно предположить, что она искренне хочет помочь, просто не умеет. Ежели это дух убитого или проклятого ребёнка, само собой, никто не озаботился научить его прядению. Справедливости ради надо сказать что записаны случаи, когда помощь кикиморы была очень кстати. Некоторые хозяйки, с помощью кикиморы, за зиму пряли в несколько раз больше.
Но не стоит забывать что кикимора, это всё же нечистый дух. И соседство с ней может быть опасным. Характер её часто неуравновешен, доброжелательное отношение легко может перейти в злые проделки и жестокие шалости. Поэтому от кикиморы старались избавиться. Единственный подходящий для этого день в году 17 марта, Герасим Грачевник. В этот день доки могли взяться за изгнание кикиморы. В остальное время кикимору отпугивали, помещая в доме верблюжью шерсть или шерсть с ладаном. Чтоб кикимора не трогала и не била посуду рекомендовали перемыть всё с настоем корней папоротника. Тут трудно сказать что именно действовало. То ли запах настоя отпугивал кикимору, то ли она оставалась довольна тем что нерадивые хозяева хоть как-то посуду помыли. В курятниках вешали камешек с дыркой (куриный бог) или горлышко от кувшина.
В наши дни различные проявления полтергейста не связывают с кикиморой (это ж суеверие!    ), указывают другие причины. Сама я ни разу с подобным не сталкивалась и не встречала людей которые говорили что им по силам кикимору насадить. Подозреваю что это умение утрачено.

Про банника записано немало быличек. 
Меня заинтересовала вот эта:

Построили одни баню на Городне-реке, за Братеево, да не в том месте, с банником не посоветовались.
И в это время заболела у них дочка. Болеть стала ни с чего. Здоровая была, и заболела.
А под подушкой каждое утро мать находила кусочки сахара.
Уже и покупать стали сахар-песок, а всё равно каждое утро мать находила сахар, а девочка всё хуже и хуже себя чувствовала.
В это время в их доме остановился старик проезжий.
У него - то и спросил отец, почему дочка болеет.
Тот посмотрел и сказал сходить в 12 часов на кладбище Братеевское, накрыть стол белой скатертью и поставить на него 2 рюмки и бутылку водки.
Причём рюмки должны быть не гранёные, не рисунком, а простые, светлые.
Всё так и сделал отец. Стоит и ждёт.
Вдруг слышит: водка наливается.
Он повернулся, а никого не видит.
Смотрит, а рюмка уже пустая, и вдруг кто - то говорит:
— Баня у тебя не на том месте.
Послушался его отец и стал разбирать баню.
А девочка помаленьку стала выздоравливать.
И уже когда оклад разбирал, вышла девочка на крыльцо.
Видно, правду говорил, что баннику место не понравилось!!

Выходит что так.

Моё мнение вы знаете. Слова и действия мертвы, если не вложить энергию.

Не знаю какая тут альтернатива. Например в первом примере. Имярек хочет чтоб некто из дома ушёл. Он не хочет чтоб этот некто валялся в его доме больной. Но получить-то может именно это.